Как аукнется Лина Богданова


 - У Маруськи в следующую пятницу юбилей, - напомнила себе Маша, надо будет подобрать подарочек…
 Любовь у подруг была странной и взаимной. И длилась много лет. Если быть точной – то тридцать два. Потому что познакомились они при поступлении в универ. И обе благополучно дожили до пятидесяти. Если со стороны смотреть, то благополучно. А если нет, то нет.
 Бывает… особенно у женщин.
 Обе молодые. Симпатичные, внешне похожие друг на друга – высокие, стройные, синеглазые, с вызывающими восхищение и зависть каштановыми кудрями и аппетитными формами. Даже имена у девушек совпали, пришлось на ходу расставлять акценты. Маша – уперлась один-единственный раз - осталась Машей. А подруге пришлось довольствоваться несколько обидной Марусей.
 Верховодила в их тандеме Маруся, девушка активная и яркая. Маша сразу уступила пальму первенства – подумаешь, очень надо сопротивляться! Если некоторым так хочется… и затерялась в тени. Не то чтобы страдала, напротив, все тумаки и выговоры доставались Марусе. А она жила себе под прикрытием и припевала. Экзамены списывала, зачеты сдавала с помощью широких связей подруги. Даже на работу ее Маруська, в ту пору уже как два года подрабатывающая на фирме, пристроила.
 А потом случился первый сбой в механизме. Маруська отбила у Маши жениха. На Валика были у Маши серьезные виды. Всем парень хорош, хоть сразу замуж. Сразу она не собралась – ожидала романтической прелюдии. А Маруся перешла дорогу и сразу взяла Валика в оборот. Да так круто, что тот и думать забыл о второй красотке, томившейся в неведении и прочих наивных заблуждениях.
 В общем, не случилось. И Маша могла бы рассориться с подругой в пух и прах, не случись обвала и на противоположной стороне. Коварный ловелас отбыл в отпуск и вернулся с женой и двухлетним сынишкой. Маруся впала в депрессию, а Маша благополучно выкарабкалась из своей на волне обычного бабского злорадства. И принялась утешать подругу, опираясь на всевозможные жизненные позитивы.

 Дело дошло до вечеринки в ресторане. И тут на их пути оказался Артем, ни в чем не уступающий Валику. Он пригласил на танец Машу, а отправился провожать Марусю.  
 Однако плакать Маше и тут не пришлось – кавалер вскорости переключился на очередную юбку.
 Так и повелось. Маша начинала и проигрывала. Маруся продолжала и проигрывала тоже. Все бы хорошо, но одиночество в их возрасте хорошим не бывает.
 А вот в карьере Марусе удалось куда больше. Всеми правдами и неправдами (а Маше очень хотелось, чтобы последние присутствовали в процессе), Маруся дослужилась до зам начальника филиала. А Маша ограничилась скромной должностью заведующей отделом.
 К тому же ее “золотой” юбилей они справили тремя месяцами раньше. Маруся подарила подружке мальчика в торте. Стриптизер вызвал бурю восторга сослуживиц – в отделе работали исключительно дамы – и раздражение юбилярши. Тонкий намек на ее личные неудачи! Две недели отдел шумел, вспоминая накачанный торс и прочие приятные подробности юбилейного сюрприза, намекая на некое фривольно-пошлое продолжение или прелюдию…
 Что и говорить, праздник не удался. Вместо положенных фанфар на душе скребли голодные и злые кошки. Именно тогда она решила подарить Марусе нечто, способное затмить ее подарок.  Поставить новоиспеченную именинницу в какое-нибудь особенно неловкое положение. И отомстить за все сразу. Хотя бы раз в жизни!
 Маша лишилась сна и аппетита. В голову лезли всяческие глупости. Зацепиться за что-либо конкретное и эффективное не получалось. А подложить любимой подружке свинью хотелось  больше всего на свете! Когда еще представится такая возможность!
 Вечером в пятницу что-то стало наклевываться. Еще неописуемое и эфемерное, но точно пробирающее до мозга костей! Именно то, что надо!
 Но тут вмешался начальник:
- Машенька, как хорошо, что вы задержались! Я вам работку подкину на выходные. Выручайте! В долгу не останусь!
  Выручить, конечно,  следовало – и ссориться не резон, и премия лишней не бывает. Но обидно, что ценная мысль вылетела из головы вместе с пропавшими выходными. Не везет, так не везет.
  Маша собиралась навестить на даче маму. Апрель – самое время и грядки в порядок привести, и цветочки высадить. В принципе, сочетать приятное с полезным -  вполне возможно. Огород она осилит за субботний день. А задачку от шефа решит за два свободных вечера. Правда, хотелось вечерком подготовить верхние комнаты к ремонту.
- Ничего, приготовлю в следующий раз! – уговаривала себя Маша, торопясь на электричку. – Зато платье себе на Маруськин юбилей куплю сногсшибательное – хоть чем утру нос этой козе - а шеф на премии в таких случаях не скупится!

 Однако день выдался неудачным. Потому как на нужную электричку она опоздала. От нечего делать – а следующий рейс на дачи через два часа – Маша купила в киоске йогурт, булочку и уселась в скверике напротив вокзала.
- Зато ужинать не буду, - цеплялась она за последние плюсы ситуации. – Останутся мамины пирожки на утро. И ни сантиметра к талии! А утром, утром я их как миленьких на грядках просижу…
  Скверик радовал взгляд ухоженными газночиками и конусами разноцветных туек. Лишь в углу портили общее, вполне радужное впечатление, два мусорных бака.
- Могли бы хоть чем-то прикрыть, - ворчала Маша, - хотя бы теми же туями. Высадили бы полдюжины в ряд и все дела. А тут еще и бомжи копаются…
 В мусорный бак заглянула сначала бабенка с огромным фингалом под глазом. Затем мужичок в грязнющей бандане.
- А ведь молодой еще, - прикинула Маша. – Мог бы осчастливить какую-нибудь… Хоть ту фингалистую. Или… Маруську…
 
  Идея была насколько неожиданной, настолько ошеломительной! Вот оно!  Осознание перспектив зашкаливало – грезились  не только Маруськино унижение и провал мероприятия, но и вспышки фейерверков, тысячекратные радуги над ослепительно синим небосводом, гром литавр и звон фанфар (или наоборот, но все равно ощущение вздымало Машу на уровень райских кущ, и никак не меньше). Маше даже неудобно стало. От собственной ядовитости. Пришлось оправдываться – жизнь в согласии с собой она ценила выше всего на свете:
- Не одна я такая. И не первая начала, между прочим. А всем известно: как аукнется, так и откликнется. Народная, между  прочим, мудрость. Ты мне – я тебе. Так что, трепещи, подруга, будет и на моей улице праздник!
 Маша на всякий случай помолилась, затем подскочила с места и поспешила к контейнерам. На ходу прикинула – до юбилея восемь дней, должны успеть. Лишь бы фигурант не подвел…
- Эй, молодой человек, вы не хотели бы немножко заработать?
Бомж вздрогнул, выронил из рук целлофановый пакет с добычей. Оглянулся. Взгляд тяжелый исподлобья. Сам далеко не красавец. Пахло от него одуряюще.
“Придется повозиться, - оценила объект Маша, - хоть бы успеть до пятницы! Дорога ложка к обеду. Домой не повезу, потом квартиру не отмою, лучше сразу на дачу. Одним выстрелом двух зайцев – совсем неплохо для начинающего снайпера”.
- Тебя как звать-то, друг сердешный?
Серые глаза от удивления сменили цвет на легкое подобие фиалкового. Надо же, - восхитилась Маша, - такие глаза бы девушке. А тут…
- Разрешите представиться, - шаркнул ножкой бомж, - Джеймс… то есть Миша…
“Разрешите представиться. Бомж, Джеймс Бомж”, - усмехнулась Маша, представляя растерянность Маруси. Такого эффектного виража она не могла придумать самостоятельно. Тут без подарка судьбы точно не обошлось.
- А че делать-то надо? – сменил незнакомец гнев на милость.
- Да две спальни на даче отремонтировать. Пол и потолок выкрасить, стены выклеить. Кормежка три раза в день, жилье и душ бесплатные.
- А зарплата?
“ Ты свою проешь и проспишь, мой дорогой”, - сложила дебет с кредитом Маша и мило добавила уже вслух: - Договоримся.

  Выгода сделки была очевидна и той и другой стороне, а потому через два часа они сидели на максимально возможном расстоянии друг от друга в электричке, летящей по направлению дачного поселка.
- Мама, я работника везу, - готовила мать к приему дорогого гостя Маша, - комнату наверху приготовь. А я внизу лягу. Да, в папином кабинете (не спать же с бомжом под боком!). И  воду согрей. Ему помыться нужно…
 Краем взгляда она оценивала потенциал будущего сюрприза. Рост Маруськин любимый, вес тоже далеко не ушел, почти атлет. А если подкормить хорошенько…
“Ничего, на маминых пирожках за неделю откормится, - шлифовала стратегию собственной подлости Маша, - отмоется, отоспится. Потом костюмчик ему подходящий приобретем. В счет “гонорара”. У Ваньки “лексус“ выпрошу. Маруська не устоит, как пить дать, клюнет…”

 Два дня дача гудела. Михаил не уставал удивлять. За утро подготовил к ремонту обе спаленки. К вечеру наложил первый слой шпаклевки…
- Где ж ты это сокровище откопала, девочка моя?  - шептала мама, подкладывая дорогому гостю самые лакомые куски рыбника. – На все руки мастер. И собой очень даже ничего.
 Маша в подробности не вдавалась, соображая, с какого боку подойти к Михаилу с основным поручением. Потом махнула рукой: пускай парень поработает на благо кормильцев с недельку. А уж она за это время придумает, с чего начать. И чем закончить. Потому как финал ожидался с большим нетерпением, нежели старт.
 Вечером Михаил предложил пройтись:
- Мне в лесочке пару сухостоин вырубить надо, не поможете?
- Не кажется ли Вам, что рубка леса – дело совсем не женское? - съязвила Маша, отмечая вполне человеческое выражение на отмытом добела лице.
- Я Вас не рубить, место выбрать приглашаю. Не ровен час, прищучат злоумышленника. Дачники – народ бдительный.
- У нас не прищучат.
 Но пошла. Дорогой Михаил делился намерениями по поводу цвета стен. Говорил разумно и вполне грамотно. И вообще, тянул на среднее специальное, как минимум.
- Вы что оканчивали?
- Вообще-то электротехнический… - смутился неожиданным поворотом темы собеседник. – А что?
- Да так, - пожала плечами Маша, - бомжуете вот. С образованием. А не лучше бы работать по специальности?
- Комиссовали меня. По пьянке. А жена подсуетилась, из дому выгнала. Пришлось поменять квалификацию…
- И давно?
- Года два уже. Но я не жалуюсь. Пью без фанатизма. Волка ноги кормят. Медведя тоже…
“Да он еще и пьет! – восхитилась Маша удачному стечению обстоятельств. – Теперь Маруся нескоро очухается – всеобщее ликование стоит недешево. А от такого, - она смерила мужчину взглядом, - так сразу и не отделаешься”.

 Месть получалась глубокой и сладкой. Один раз за все свои неудачи и рискнуть не грех. И Маша предалась воплощению своей мечты в реальность.
 В воскресенье сводила Михаила к известной на дачах умелице – побриться и постричься.
- Где отхватила такого мэна? – цокнула языком в спину удаляющегося в   обратном направлении объекта та,  на высшем уровне выполнив все распоряжения заказчицы.
- Секрет. Понравился?
- Не то слово! От него настоящим мужиком пахнет! С руками, ногами и прочими жизненно важными для нас, баб, органами.
- Надеюсь, ты имела в виду мозг…
- Да? Ах, да, конечно! – спохватилась мастерица, доказав своей поспешностью обратное. – Как же нам без мужских мозгов…
 Тем самым озадачила Машу до вечерней воскресной электрички.  На фоне всех недосказанностей приятельницы Маша почувствовала личную заинтересованность в Михаиле. И не только как средству мести. Надоедливое, как осенняя муха, соображение терзало ее вплоть до городской квартиры, странное, идущее вразрез с планами и здравым смыслом:
- Если мужика прилично одеть и отучить от спиртного он вполне бы мог и ей самой пригодиться.
 И чтобы хоть как-то компенсировать урон самооценки от столь низкого – бомж+алкоголик= вот до чего ты докатилась, голубушка – падения, она попыталась утвердить интерес применительно к избранной для виновника беспокойства роли:
- Он и пригодится. В пятницу. Держись, Маруська!
 И уже ее давешняя слабость казалась ей удачным маневром в достижении главной цели и сохранении собственного лица…
 Да, она нашла в себе силы предупредить подрядчика накануне отъезда:
- Дождетесь меня. Если будет время, маме в огороде помогите. В долгу не останусь. А на выходные у меня для вас ответственное поручение имеется. Сопроводите меня на торжестве подруги. И еще… если она проявит интерес, пойдите на встречу. Я пойму. Женщине пятьдесят, а она все еще одинока…
 Михаил кольнул в ответ острым понимающим взглядом, но до  вопросов не снизошел. И Маша в очередной раз восторжествовала – восхождение на запланированную вершину блаженства не потребовало особых усилий. Неделя покоя и  наслаждения грядущим Маруськиным позором была обеспечена!

  Да не тут-то было! Все ночи напролет ей снился Михаил. Образ соблазнителя отличался устойчиво положительной динамикой. Сначала он предстал в роли благодетеля, превратившего их дачный домик в шикарную виллу. Затем подъехал к ее работе на перламутровом “мерседесе”. В среду он пригласил Машу покататься на собственной яхте по Средиземному морю. А в четверг, когда все сны, как известно, сбываются, протянул ей колечко от Картье и две путевки в свадебное путешествие на Сейшелы.
  В пятницу должно было присниться нечто из ряда вон выходящее, и Маша пылала всеми оттенками красного в предвкушении пикантных подробностей, пока не вспомнила, что спать сегодня придется на даче через стенку с дошедшим до высшего уровня личностного развития Михаилом. И тут же перекрестилась – какое там ночевать! Им же к десяти нужно быть в ресторане.
 Лишь подъезжая к даче, спохватилась, позвонила насчет “лексуса”. Благо, что приятель никуда на выходные не собирался, и договориться удалось без проблем.
 Дорогой итальянский костюм соблазнителю она присмотрела еще вчера. В бутике работала дочь ее бухгалтерши, так что вернуть “не подошедшую” покупку не представляло никакого труда.
- А сорочку с туфлями я, так и быть, ему подарю.

 Поохав вместе с мамой на свеже отремонтированной территории, выпив чаю с ватрушками и проинструктировав Михаила, Маша засобиралась в обратную дорогу.
- Вы хоть машину водить умеете? – запоздало – немудрено, в таком-то напряжении - поинтересовалась она.
- Имею права по категориям А, В и даже С, - усмехнулся Михаил.
 Усмехнулся так, что у Маши дух захватило. Определиться – так уж похорошел избранник, или во всем виноваты ее сны – Маше не удалось. Пришлось нестись на всех парусах к станции. Успели как раз вовремя, вскочили в последний вагон.
- А теперь в туалет! - скомандовала  женщина.
- Но я не хочу… - удивился Михаил.
- Переодеваться! Не в вагоне же вы собираетесь этим заниматься!
 И тут же почувствовала, что была бы не против лицезреть подобное действо. Широкая спина и узкие бедра объекта вкупе с высоким ростом и грациозными (кто бы мог подумать!) движениями, возбуждали в сознании подозрительную познавательную активность.
«Тем лучше, - давала она себе установку под соответствующим соусом, наводя красоту на собственной физиономии, - Маруська клюнет. И уж точно не сорвется».
 И тут же позабыла, о чем договаривалась сама с собой секунду назад. Потому что Михаил в  приличном костюме казался совершенно неотразимым. А васильково-фиалковый взгляд свидетельствовал об обоюдном интересе. Эх, если бы не Маруська!
«Ну и что, что он бомж, - сердце старательно выбивало в мозгу чечетку, - ну и что, что пьяница. Мы его приголубим, вылечим, поставим на ноги. А Маруська… Маруське я все и так прощу. Пусть завидует! С таким мужчиной мне любая зависть по плечу! Что он там говорил про образование…»

  Когда «лексус» подрулил к ресторану, стратегия новой Машиной жизни приняла вполне отчетливые очертания. Михаил был «поселен» в небольшой особняк в престижном районе, «устроен» на работу в известную в городе фирму. Дорогой итальянский костюм занял почетное место среди своих более скромных, но вполне респектабельных собратьев. И заявление в соответствующую инстанцию «отнесено». Оставалось лишь позаботиться о месте и времени проведения торжества (достойная альтернатива недавним планам мести!), а также его обязательно заморского продолжения.  Маша успела найти в телефонной памяти и номер хорошего акушер-гинеколога…
 - О, какие люди! – у входа в зал их встретил Марусин двоюродный брат, сегодняшний тамада. – Марусенька! Чудесно выглядишь…
 Машу передернуло – этот фрукт напрочь игнорировал их давнюю договоренность. Придется весь вечер путаться в обращениях.
- Машенька прибыла! – в дверях показался Маруся.
 Маша нацепила на лицо самую приветливую изо всех имеющихся в арсенале улыбок. Подруга была хороша до безобразия. Расстаралась в пух и прах ради такого события, как же… А тут еще и Михаил… враз подобрался, задергался. В глазах заполыхали васильки-фиалки. Зацепило, стало быть. И крепко зацепило. В последний раз заинтересованность (Маша вспомнила, что вызвана та была ее скромным перевоплощением в рамках подготовки к сегодняшнему торжеству) ограничилась лишь намеком на цветение. А тут буйствовал целый майский сад.
“Не рановато ли, - вспыхнула и тут же погасла горьковатая мысль, сменившаяся куда более горькой: - Сама же этого хотела”.
 Да, хотела, но теперь… теперь выпестованный, откормленный и тщательно рассмотренный объект отдавать без боя казалось смерти подобным.
 А вдруг сладится у них без посторонних, а она уже и сама не прочь прибрать мужика к  рукам.  Маша и Медведь – сама судьба намекала на продолжение отношений.
 Но Маруся уже закусила удила. Засветилась опасными огоньками коварного взгляда, распрямила плечи, вобрала животик в недра шикарного вечернего платья и пошла завоевывать мир:
-А это у нас кто? Машенька, разве можно скрывать подобные сокровища от близких?
 Машенька лишь открыла и закрыла рот. На фоне бьющей ключом самодостаточности ее ответ воспринимался бы досадным, никому не нужным дополнением. Маруся  приблизилась к подруге, подставила щеку для поцелуя и заворковала в противоположную сторону:
- Ну, молодой человек, представьтесь сами. Пока моя дражайшая половина выйдет из ступора (вот зараза!), мы с вами сами разберемся. Как насчет танца с именинницей?

 Зал поплыл, закачался вместе с начавшим играть оркестром, шедшими в круг парами, удаляющимся в дальние дали Михаилом. И Маша не знала, смеяться ли ей или плакать. Благодарить Бога за выполнение ее просьбы или бежать на выручку потенциальному избраннику. Дождаться ли подходящей минуты и представить “товар лицом” или благоразумно скрыть анекдотичное социальное положение пользующегося повышенным спросом объекта.
 Ситуация вышла из-под контроля. И вышла категорически. Оставалось ждать и надеяться. Надеяться и  ждать.
“В крайнем случае, смогу хоть местью насладиться”, - ухватила она за кончик хвоста улетающую прочь мысль. Та – увы – не принесла ожидаемого результата, легонько царапнув по уязвленному сверх всякой меры самолюбию.
- Вы позволите? – вполне респектабельный незнакомец пригласил ее на тур вальса.
 В любое другое время Маша бы занялась попавшим под руку редким экземпляром с энтузиазмом. Теперь же вполуха слушала дежурные комплименты и следила за  удивительно красивой парой на подиуме.
- Дорогие друзья, - раздалось со стороны эстрады, - разрешите представить вам главную виновницу торжества…
Торжества… жества… ества… ва…а…
- Какое тут удивительное эхо… - шепнул на ухо ее партнер.
 И правда, эхо… прямо как в ее случае -  как аукнется, так и откликнется. То с одной стороны, то с другой… И раз, и два, и три… И уже не угадаешь, какой ответ станет последним…
- Ничего, мы еще повоюем, - пообещала себе Маша, увлекаемая музыкой и уверенными мужскими руками все дальше от сцены. Не уступать же трофей без боя. Да еще лучшей подруге!

07.11.2013