F

Сергей Земцов. Наше последнее ура.

Сергей Земцов

(Торонто)



Наше последнее ура

Наши так называемые «здоровые инстинкты» аморальны и безнравственны. В то же время, мораль, добродетель, нравственность, религия насаждаются в течение столетий, двух последних тысячелетий. Существует теория, что безнравственными методами, и только с помощью таких методов, данной формы морального Зла, цивилизация борется с культурой, управляет стадом. Стадо желает попов, продовольственную программу, положительные и нормальные науки, бесплатные институты – и данные структуры того стоят; стоят того, чтобы кучка Наполеонов организовала их. Существующая теория власти и нигилизма вопрошает: так какой же ВРЕД мораль, добродетель, нравственность и религия принесли человечеству как виду животных, населяющих планету Земля, как форме жизни, которая может быть слабее, или сильнее – в зависимости от того, что там устраивают между собой господа и рабы? То, что жизнь человечества вредна – не вызывает сомнения, если посмотреть на масштабы современных концлагерей, гетто, если задуматься с какой лёгкостью стали «работать» политтехнологии, революции и насколько зияют противоречия. «Она одна из тех 50 миллионов, которые помогают нам быть свободными». Бомжи, живущие под мостом в Сан-Франциско, ведут свои блоги во всемирной Сети. Да и в России хватает писателей, живущих непонятно где, и непонятно как оплачивающих спутниковые каналы связи.
Впрочем, оказалось мои здоровые инстинкты работают на меня – я лечу осматривать город Рим. Мы летим вдвоём с женой над Альпами, «через которые перелезал Суворов». Алина, где-то пролетая над Гренландией, видела не то метеорит, не то НЛО – сидела у окошка в этом идиотском «пепелаце», и при взлёте и посадке что-то в нём дребезжало. Перед экскурсией в Италию я прочитал три биографии Гоголя: психиатра Чижа (примерно 1910), советского литератора Александра Воронского (1934), и Игоря Золотусского (1979). Конечно, брал в русской библиотеке также «Рим» и «Выбранные места из переписки». Но на улицу Sistine добрался только на второй день. Кафе «Греко» оказалось закрыто, не повезло. В двух комнатах, в которых Николай Гоголь, или, как пишет посольство Украины в Италии, Микола Гоголь, писал первый том «Мёртвых душ», – живут современные итальянцы. На стене всё же висит мемориальная табличка – а под ней бизнес, кафе «Gogol» с русскоговорящей официанткой, но кушать пельмени нам было некогда. Выходит, я летел из Торонто, чтобы посмотреть на мемориальную табличку. Впрочем, в Иерусалиме я был в церквушке на холме, в той самой, которую посещал Гоголь – ему, в 19 веке,
показывали то же, что и мне в 21 веке – отпечаток ног Иисуса Христа в гипсовой плите. Накануне, в Риме, в церквушке «Domine, Quo Vadis» на античной аппиевой дороге мы увидели точно такой же слепок ног Иисуса Христа – но тут он являлся будущему апостолу Петру. Похоже, и в Иерусалиме, и на аппиевой дороге – плитка с отпечатком ног – сделана одинаково, где-то в Ватикане. Мы также осмотрели катакомбы первых христиан.
Также мы попали на официальную экскурсию в собор святого Петра. Cтарый итальянец, рассказывающий про Ватикан, оказался одним из лучших гидов, которых я слушал за последние 12 лет. Алина утверждает, что он специально выключил мобильный девайс и сказал следующее: «Eсли из английской, французской, немецкой, итальянской церкви и религии выбросить национальные черты – то что останется? Останется ислам, и мусульмане». В храме Агриппы я увидел в центральном положении греческую икону, подозрительно православную, и спросил его, что это такое – оказалось, это «русская икона», и католики выставляют её по случаю. На всех античных домах – figurines of the Virgin Mary. Через три дня мы уже сами добрались до Sistine Chapel, или Сикстинской Часовни, и прошли через палаты «канделябров», «древних карт». Ах да – я сфотографировался рядом с бюстом Сократа. Внутри Sistine Chapel – не разрешали фотографировать и снимать на видео, но все туристы только это и делали. У меня, к сожалению, вся съёмка получилось размытая, там ещё темно для фотографирования без вспышки. А за вспышку убивают на месте. Точно также без вспышки не получились фотографии «Трансфигурации Рафаэля», тайной вечери и разного рода ангелов небесных.
Больше всего нам с женой понравилась Венеция. Мы поехали на европоезде на магнитной подушке – поезд, кажется, на самом деле «взлетал» – вечером Алина нашла в интернете этот поезд, и, оказалось, это правда,
нам не мерещилось. В Венеции на железнодорожном вокзале я не нашёл наземных такси, только water taxi. Канал начинается от вокзала, по берегам канала – музеи современного искусства. Накануне я дозвонился до маленького туристского агентства. Но оказалось, попробуй это агентство найди! – в паутине средневековых переулков, с фантастическими венецианскими масками в мелких витринах сувениров. Я думал – опоздаем, но успели, попали на катание на гондоле. Почти час плыли по улочкам, которые вдохновляли Шекспира и Байрона.
Также мы заплатили за 14-часовой тур из Рима в Неаполь и Помпеи. Это в программу не входило, подвернулось неожиданно. Но в детстве у меня был буклет с фотографиями раскопок в Помпеях. Этот буклет привезла в 20-х годах моя бабушка, которая в те времена ещё ухитрилась «выехать за рубеж» – училась на журналиста. Удивительно, что в Помпеях, в 2011 году, я нашёл в стеклянной витрине собаку, которую залила лава Везувия – в точности ту, что я видел в буклете моей бабушки. Впрочем, это сентиментальная деталь. Видели раскопки арены гладиаторов, храм Аполлона – со скульптурами Аполлона и Дианы. Видели дом и фреску «осторожно, злая собака». Но, кажется, все известные фрески наш экскурсовод нам не показала – она на английском, испанском и итальянском комментировала античную «попсу». Таблицу, свидетельствующую о началах политической коррупции: «Я заплатил здесь за всё, теперь попрошу голосовать за меня на выборах». Для мужчин на стенах античного города – указатели в виде фаллосов, как короче пройти к проституткам в лупанарий. В самом лупанарии – фрески, меню эротических поз – но, видимо «Камасутра» более продвинута.
Целый день мы потратили на самостоятельную прогулку по Римскому форуму, причём стояли в очереди, чтобы зайти в Колизей – не стали платить за быстрый вход с
группой. Когда-то в Париже мы не поднялись на Эйфелеву башню, чтобы час не стоять в очереди. Из Колизея вышли в античные развалины – в направлении Капитолийского холма. И цель была – найти форум Юлия Цезаря. Мы его искали 4 часа. Хорошо, в фонтанах Рима – питьевая вода, по вкусу неплохая и, кажется, чистая. Правда, потом заплатили немного city taxes, рассчитываясь с гостиницей.
Впрочем, вернёмся к нашим баранам. Когда читаешь «Волю к власти» – ощущение, что писал сумасшедший. И, на самом деле, Ницше умер в застенках госпиталя. Впрочем, в мемуарах Сальвадора Дали – тоже мегаломания. Или, мне довелось перелистывать избранные философские произведения Чарльза Сандерса Пирса – рекомендую. Xотя непонятно кому… Tаким же сумасшедшим? Чтиво для стада известно – рекомендую – «Маськин» Бориса Кригера, переведённый на 40 языков, откомментированный рецензиями профессиональных филологов.
Всё же чрезвычайно забавны наезды на Николая Васильевича Гоголя: сделанные и профессиональным психиатром Чижом, и повторяемые Александром Воронским, казалось бы, честный советский писатель, но прямо называет диагнозы из специального медицинского досье – шизоидность, шизофрения. Видимо, тут была корреляция с задачами советской литературы. Игорь Золотусский, другой биограф Гоголя, нигде мастурбацию и медицинские диагнозы не упоминает и интересно рассказывает об отношениях Гоголя с Белинским, и об отношениях Гоголя с женщинами из высшего общества. Мне довелось читать также и третий том «Капитала» Карла Маркса – очень болезненное впечатление от пассажей в духе Гегеля на полстраницы. И хотя шизофреником Маркса психиатры не квалифицируют – всё же бедняга изводил себя табаком: головные боли и никотиновая интоксикация чувствуются, как и паранойя Ницше в исследованиях морали.
Существует теория вредных последствий морали и нравственности, которая включает также и «преступления психологии» – это то, что очевидно абсолютно, но стадо «верит врачам». Ведь на самом деле – зачем Ницше нужно было изучать Ренессанс, Вольтера и Руссо, и зачем Эдуард Лимонов объездил все моря и побратался со всеми бандитами? Это излишества. А также пресыщенные писатели золотого миллиарда – тратят деньги на путешествия к йогам в Индию, на шатания по всем алтарям всех существующих религий и сомнительных сект... Зачем тратить деньги и зачем доводить себя до паранойи? Цивилизация позаботилась, добродетели торжествуют – и нужно верить врачам! Врачи говорят: не открывайте чакры, скрывайте сидхи, для этого есть антидепрессанты, разнообразный ассортимент мягких нейролептиков, простые коробки валиума, которые можно купить вместе c таблетками weight loss – от переедания в McDonalds. Всё для человека, в ущерб человечеству. «Мы – наследники совершавшихся в течение двух тысячелетий вивисекции совести и самораспятия». (Ф.Ницше)
А вот утверждения Ницше, что души не существует, что истина – капюшон женщины... Животное лучше человека, разменивающего инстинкты на умственные теории... Есть такие парадоксы, первое впечатление от которых – игра ума, метафизика. Цезарь, Наполеон и, конечно же, Гитлер. Великие ряды великих реформаторов, и совсем забыли – кто такой был император Нерон, и кто были первые христиане в катакомбах. Воистину всё движется по кругу, хотя и пытаются соорудить «диалектическую» спираль. Нерон сжигал христиан, христиане сжигали Коперника. Заманчиво было бы считать, что пришло время интегральной религии – но нечистая совесть тянет на исповедь, грехи замаливать, и даже покупать индульгенции. Далее, Цезарь и Наполеон вдохновляют, но и герой «Иванова Детства» Тарковского заставляет
подумать: так ли необходимо командовать полками, чтобы достичь предельной полноты жизни. Счастливы бывают сжигающие себя маленькие люди.

-2-

Впрочем, почему великие учителя человечества лгут? Это замечал и Ницше, но впрочем, это легко заметит кто угодно. Потому что мышление часто приходит к нежелательным выводам. Если тотально избегать негативныx результатoв мышления – будет сплошь и рядом истерическое вытеснение, свойственное женщинам. Думать нужно обо всём: и о смерти, и о проигранной войне, и о бессмысленных жертвах... В голову приходят очень плохие мысли... Прятаться от них можно, но в таком случае можно просто подавлять – и мысли, и творчество. Обратитесь за консультацией к вашему терапевту, к вашему попу.
Критика капитализма фильммейкером Мишелем Муром – остроумный перформанс – capitalism: love story. Интересно, что фильм сделан после всего, что вытворяли в 20-м веке Сталин, Мао, Че Гевара. Оказывается, есть ещё что добавить. Оказывается, Рузвельт был пророк, и его ещё не оценили. А капитализм – плохой общественный строй, потому что коллективист лучше эгоиста.
Плохие ночные мысли подливают маслa в огонь... А может быть, нет в космосе никакого разума, кроме математической синергетики, от которой никогда нам не будет никакой ни пользы, ни любви? А может быть, Гитлер в своём виртуальном гробу сейчас совершенно счастлив: с тем что СССР прекратил существование – никакой Победы не было, и в Рейхе 6 миллионов евреев сожгли за дело – ещё мало им. А вот ещё «научные определения предательства», которые даёт методолог Александр Зиновьев. Видимо, методология и наука как алхимия и химия. Методолог пролезет в любую щель.
Так вот, «пятая колонна» в СССР предала Западу «великую страну». Хорошо, а кто же предал пятую колонну? Как же так Зиновьев нигде не упоминает евреев, только Запад и Америку... Это что, истерическое вытеснение?
А впрочем, вернёмся к нашим путешествиям. До кукурузно-свиной Айовы я не доехал по мелким техническим причинам, но понаведался в город Амхёрст в штате Нью-Йорк. Интересно, что за мотель заплатил в 4 раза дешевле, чем в случае заказа по интернету. Пресловутый comparative shopping. Я уже знаю, что какой попало fast food в Пиндосии покупать нельзя, но всё-таки что-то свежее продают, хотя и ждёшь 10 минут, пока пожарят. Мороженое, впрочем, второй раз продали кошмарное – какой-то жирный крем, а не мороженое. Сразу вспоминаешь счастливое детство и пломбир за 19 копеек. Всё ещё вспоминаем с Алиной столовые – коржик молочный за 9 копеек, пирожные по 22 копейки. Всё это в Торонто продают и сейчас в русских специализированных магазинах для эмигрантов, а также сталинские подстаканники с Марксом и Энгельсом, почему-то со Звездой Давида... Вроде как магазины с атрибутикой хиппи, которые критиковал советский журнал Крокодил, преображённые в магазины с атрибутикой СССР. Но а в Амхёрсте сохранились ещё старые бутики с постерами и маечками – t-shirts – времён Джимми Хендрикса и Фрэнка Заппы. Я, впрочем, постеры не покупаю – покупал и вешал 30 лет назад – надоело. Но вот в отдел с дисками СD и DVD наведываюсь. В Амхёрсте антологию Битлз – можно купить за 30 долларов, когда в Канаде за 150. Кроме того, практически отдел дисков букинистический – продают second hand диски. Я тоже хочу продать свою коллекцию – так как все рипы сделаны – но только оптом, какому-нибудь богачу-celebrity, или новому русскому. А впрочем, можно и в печку, после моей смерти. Хотел купить диски к 40-летнему юбилею King
Crimson – но из трёх купил только один, новый – «Дефицит Чудес». Алина предлагала вернуться и купить остальные – добрая женщина, понимает мой западный менталитет – но что-то было жарко возвращаться по лабиринтам витрин... Она купила какие-то кеды в клеточку, а я просто выпил минеральной водички и вернулся в машину... Потом заехали в Американскую Ниагару и обнаружили там памятник Николe Тесле, изобретателю электрических машин. Как этот памятник там оказался – непонятно, кто-то ему благодарен за изобретение электрических машин. В Торонто приехали ещё засветло – пролетели по шоссе QEW. Алина что-то за руль не садилась, хотя права и собственная машина у неё уже есть. Видимо, кому-то и это интересно прочесть.
Я вчера раздобыл DVD с новым оркестром Питера Габриеля, и впечатление совершенно другое чем с живого концерта. К сожалению, DVD производит худшее впечатление. Например, эта реклама, что не применяют guitars & drum kit... Разжился старик Питер Габриель деньгами, чтобы нанять оркестр с дирижёром, трубачами и скрипачами... Гитары и барабаны не нужны. Но, кажется, эти бедные музыканты во фраках, при прочих равных условиях, с большим бы удовольствием играли Бетховена, а не Габриеля.
Но есть ещё Electric Light Orchestra, Ayreon – далеко в стороне от гаражных направлений. Где авангард, и где эпигоны? А Вагнер почему-то не любил итальянский ренессанс... Обломки музыкальных кораблекрушений везде!
Но что действительно интересно – так это эволюционная война. Или мы сравниваем, или нам запрещено сравнивать. Если нам запрещено сравнивать пьющего Ивана Говнова с выпускником Гарварда – тогда и не будем пытаться. Иван может ни с того ни с сего подняться к звёздам. Теоретически это возможно. Выпускники Гарварда сидят на Уолл-Стрите и грабят Америку. Но, кто устанавливает запреты? Кант что ли
пытался? Всё-таки я сравню. Будь что будет. Иван в России сидит, никуда оттуда не выезжая. И одна у него главная теория – как нам обустроить... Слава Богу, в супермаркет в России подвозят еду и одежду. И cлава Богу, хотя бы за «Жирика» можно сходить проголосовать. Разного рода саркастические дедукции не обязательно приводят к фрустрации и поводу мстить. Ведь это только логические редукции. Скажем, в теоремах Eвклида: мы от противного доказали А и не-А, получили противоречие. Что, это А и не-А – какое-то ужасное говно? Нет. Всего лишь результат редукции к абсурду. Так что не надо меня упрекать в непатриотической любви к Ивану. Я, может быть, и не против Ивана, и жалею его всей силой той памяти, которая осталась у меня после 40 лет жизни, когда Иван был моим соседом по лестничной площадке. Я через его бесчувственное пьяное тело перешагивал, когда пробирался в свою российскую квартиру.
Но вот, с точки зрения методологической алхимии, Александр Зиновьев и Егор Летов характеризовали Ивана Говнова, жителя Ибанска, обитателя зияющих пустот, как полное схематическое духовное ничтожество, а потом сделали реверансы – и поставили Ивану памятник. Это, видимо, в ходе эволюционной войны необходимо для какого-то «дела». В общем-то ясно – знаю я «ваши дела». Когда-то ехал я в поезде из Омска в Новосибирск в одном купе с полковником на пенсии. Выпили и закусили, и полковник стал читать свои стихи на тему, как он ненавидит Михаила Горбачёва. Очень хорошие искренние стихи. В Израиле я общался с неким воином, побывавшем в Афганистане. Он рассказывал мне, как в воинской части в Афганистане они в первый раз услышали речи Михаила Горбачёва на тему нового мышления, и все думали, кто это такой вылез к народам СССР с речами? Я лично припоминаю эти же речи Горбачёва и статьи в «Правде» – но я тогда был занят, как Хайдеггер, который во времена Гитлера изучал
досократиков. Но и сейчас мне нет дела до личности Горбачёва, потому что не он развалил цивилизацию. Неважно, пигмей он или предатель – не он решал судьбы народов. Вспомним, что писал Лев Толстой про Наполеона. А вот обитатели Ибанска, перекочевавшие в Гайд-парк – это они предали Запад... Как-то слушали джаз и рок-н-ролл и мечтали о выезде за рубеж – а теперь только и делают, что смакуют дефолты.

-3-

Впрочем, мне приснился очень странный сон. Как будто сегодня у меня день рождения, и кажется, что спал soundly очень долго до 10-11 AM. Совершенно счастливое пробуждение. Но что-то заподозрил и позвал Алину – спросил: «Kоторый час?» Она ответила, что 7.40 АМ, и что она поехала на работу... Мне осталось 20 минут, чтобы собраться: душ, пять-шесть старческих таблеток от давления, почек и подагры. Жить хочется, хотя бы и на таблетках. И на работу, в офис. Днём я вспомнил, что сегодня за день – ровно 13 лет, как я улетел из Новосибирска в Тель-Авив. Кто-то или что-то считает за меня, посылает сны.
Хотя оставим сны и неврозы. В очередной trip я отправился один, без жены. У жены что-то там на работе нужно доделать и отчитаться. А я на работе заявил, что мне нужно отдохнуть. На этот раз поехал в сторону Чикаго. Между Чикаго и Айовой – городок Peoria. Как потом мне сказали, знаменитый тем, что он ничем не знаменит – famous of being nothing. Хотя как знать... В Earthbound можно найти песенку «Peoria»:

«Don’t make no difference what you think about me
But it makes a whole lot of difference what I think about you, yeah»
                                                       Boz Burrell


В Айове живёт некий Дэн Буски, который родился в Сан Франциско, в 1968-м был на фестивале Woodstock. Кроме того, говорит, что общался с Jefferson Airplane – ну совсем как Александр Рожков с «Гражданской обороной»... Тимоти Лири и Ричарда Алперта он зовёт просто – Тим и Боб. Я ему когда-то что-то писал про Маркузе... Он вспомнил. Спросил: «Что ты думаешь про него?» Я сказал, что я думаю. Сказал: «B 1973 году мы Маркузе не читали, только критические статьи о Маркузе. Но в 1990 году у меня был его «Одномерный человек»...» – «Ну знаешь, – сказал Дэн, – если бы ты осмотрелся в своей Сибири, то обнаружил бы там Одномерную Сибирь». Я долго смеялся, потом попросил: «Mожно я это процитирую в какой-нибудь статье?»
Ах да! Жена у Дэна русская, и более того – моя одноклассница из Сибири. Её зовут Ольга. Она написала в этом году и опубликовала учебник для вузов. Всё бы было хорошо, но она рвётся теперь в России преподавать курс по своему учебнику. Не то в Питере, не то в Волгограде – только её и ждут... российские студенты и советские доценты, коллеги по академии наук. Дэн, вообще-то, хочет, чтобы она в цветочном магазине в Айове продавала цветы. Но не давит. Уважает свободу воли и научные интересы. Мы с Ольгой пошли в местную филармонию в Айова-cити на джаз. Афро-американский. Но прогрессивный, что-то там как у Chick Corea, Miles Davis. А кубинский drummer даже немного потанцевал. Ольга тоже пританцовывала. Кроме науки она ещё очень любит танцы. Дома Дэн включил Dave Dudley, «Truck Drivin’ Man», и она тоже станцевала, правда одна, без партнёров:

Pour me another cup of coffee for it is the best in the land
I’ll put another quarter in the jukebox and play the Truck
Drivin’ Man

В Айове есть университет, и на джазовом концерте в зале с нами рядом оказался китайский студент, который весьма чисто говорил по-русски. Он, видите ли, изучает в Айове русскую политику. Я спросил его, зачем он её изучает. «Да так просто. Вернусь в Китай, буду там профессором русской политики!»
Книжные магазины в Айове несколько отличаются от канадских – неуловимо другой ассортимент. Уложился ниже 150 долларов. Но всё, что хотел, не купил. Хотел купить книгу о нацистской медицине, экспериментах доктора Менгеле. Но уже на кассе мне предложили посмотреть другую книгу на эту тематику – «In the garden of beasts», Erik Larson. Я взял её, а про медицину поставил назад на полку. Впрочем, ещё две книги по нацизму я взял. Общий обзор про Аушвиц и книгy «Ordinary Germans and the Holocaust», Daniel Goldhagen. Буду читать и сравнивать Германию с СССР. В Германии я не жил. А СССР помню и наблюдаю за российскими трансформациями. Дэн говорит: слышал о книгах Larson и Goldhagen. Показал мне, что сам читает на эту тему. «Новелла Холокоста» из Франции – о «добрых людях»: «The kindly ones», Jonathan Littell. В Торонто, в Chapters, она продаётся. Ольга записала мне со своего лаптопа фильм «Подстрочник», биографию Лилианы Лунгиной, советской переводчицы. В 76 лет Лунгина очень ясно мыслит. Если бы мог себя прокормить переводами, пошёл бы в переводчики, но нет формального литературного образования. Не будут издавать.
Дэн посоветовал мне на обратном пути заехать в Кливленд. Там какой-то хороший музей Rock Fame. Но в Кливленде я уже был, когда ехал в Айову. Впрочем, по ошибке. Чёртов навигатор GPS потащил меня через пограничный док на Буффало. Впрочем, я сам виноват. Во-первых, я не поставил из лени транспондер на toll routes. Навигатор стал обходить платные шоссе. Во-
вторых, я прекрасно знал, что навигатору доверять нельзя. Надо было съехать с шоссе и посмотреть карту. В доке меня спросили, почему это я говорю, что еду в Детройт, а нахожусь совсем в другом месте? Потом попросили открыть багажник и спросили: а где мой чемодан, если я еду «на неделю в Штаты»? Хотя я и объяснил, что у меня рубашки, трусы и зубная щётка лежат «вон в том мешке», за неадекватность меня сдали службе безопасности, но на это ушло минут 20. Нашли в Айове, в компьютере, Дэна и Ольгу, к которым я ехал – и отпустили. Молоденькие такие бдительные пограничники. Так что я от Буффало доехал уже в темноте до Кливленда и остановился в пригороде переночевать. На следующий день до Айовы я доехал примерно к 6 часам вечера, ещё засветло. Между Детройтом и Чикаго мощный highway, в Канаде такого нет: 360 километров перегон без остановок. Также в Америке у грузовиков и легковых автомобилей разный speed limit, 20 миль/час разница. Так что грузовики все конвенционально должны обгонять или уступать дорогу тем, кто обгоняет. Я это не сразу понял, и какой-то обшарпанный чёрный забрызганный автомобиль кое-как от меня добился понимания, а когда обогнал, показал из окошка левой рукой fuck. Я уловил ситуацию и, когда следующий мне дал сигнал фарами, стал ускоряться сам – он так ехал за мной минут 30. Потом он мне надоел, я свернул направо – вижу: да это полицейская машина! Он меня должен был остановить и оштрафовать за превышение скорости. Может быть, это не «гаишник», мигалки у него не было. После этого случая я стал нормально ехать, 160 километров в час... Правда, по окраине Чикаго были пробки – ползком ехал. Бак бензина сжёг от Кливленда, полбака долил. Домой, в Канаду, я уже ехал совершенно правильно. После тёплого Иллинойса в Индиане, впрочем, оказался снег и гололёд. Так что я оценил на перекрёстке время до Кливленда и до Детройта – и в Кливленд не поехал,
перепрограммировал навигатор. Около Детройта навигатор опять потащил меня на юг, в объезд платных шоссе. Но я это быстро заметил. Далее был выбор: ехать через Ambassador Bridge или подземный туннель в районе Виндзора, но там платные шоссе – я поехал немного севернее, сразу на шоссе 401. По одометру до моего дома в Торонто – примерно 500 километров. На самом деле, Канада для меня – уже мой родной дом.

-4-

В Айове я сочинил стихотворениe «Кому мы нужны?». Стихотворение не то что «экспериментальное», а вообще ни в какие ворота номинаций не пролезающее. Ольга по-русски читает – сказала, что поток сознания Джойса. Но там были ещё импринты из Подсознания. Так что не разберёшь, что там за стихотворение. Впрочем, в Торонто я купил публицистические статьи Оруэлла – два эссе как раз про советскую литературу и союз писателей. Там Оруэлл утверждает, что прозаику труднее, чем стихотворцу, сохранить свою независимость и писать честно. Так что повторим в прозе вопрос «кому мы нужны?!».
То, что «свалив из России», мы, эмигранты, там никому не нужны, мне уже сообщали – в комментах. В определённом смысле, то есть, до некоторой степени свободы и «степени нужности» – это правда. Да и нам Россия не нужна. Как там в жизнеописании Бродского? Упоминается шутка – «хороша Москва, когда смотришь на неё из окна бомбардировщика». Но это всё здесь и сейчас. Для здоровья ностальгия вредна.
В то же время поток эмиграции из России никто не останавливал, у разных людей остались разные мотивы. Предположим, мотивы всякие, но неужели только отрицательные? Может быть, иногда разумно уехать, а не выбрасываться из окна или пожизненно пользоваться услугами психолога-терапевта. Если с этим согласиться,
то «мы нужны», мир оказывается шире. И вообще, что это ещё за очередное «табу» – не думать, что где-то в мире не может быть лучше, чем «на родине»? «Лучше» в самом естественном, положительном и разумном значении слова. В таком случае, почему бы не поучиться на курсах межличностной коммуникации образца «золотого миллиарда»? Не нужно «Всё Понимать Буквально» – это не значит «Свалить». Изучение американской культуры и науки может способствовать лучшим патриотическим устремлениям.
Но вернёмся к нашим баранам – к Ницше и Сократу. Парадокс в том, что Ницше многое предвидел совершенно практически. Даром, что числился в сумасшедших. Посмотрите фильм «Триумф Воли» – это же триумф Ницше. Вся эта музыка, все эти цветы, речи бюрократов – это всё для маленьких людей. Это всё во имя социального прогресса. Это всё против элиты. Это всё прямая дорога в гестапо, в НКВД. Где Ницше ошибался, когда говорил, что «маленькие люди» представляются ему ненужными, бандерлогами эдакими? Маленьким людям нужен интернет и шоппинг. Мы не нужны.

-5-

Свобода, «которая встретит нас у входа», согласно лекции философа Дугина, поэтом Пушкиным выдумана, это симулякр, или копия, утратившая оригинал. Какая у меня свобода, если я вынужден работать на мелкий бизнес в Канаде, чтобы выплачивать кредит, взятый на 30 лет вперёд? На иллюзию такого рода свобод ещё указывал наш журнал «Крокодил», а газета «Правда» в шутки не шутила. То, что я катаюсь на автомобиле, так это не свобода – здесь этих автомобилей, как дерьма. Всё же важнее, в голове у меня что делается – какая там «свобода»? Самое печальное то, что когда-нибудь я умру, и печально то, что из, скажем, 70 лет я прожил 40
лет в России, на Родине. Я там каждый день ходил на работу, «хотя бы было лучше, если бы не ходил». Я бы хотел – да – дожить до 100 лет, но потому что езжу на автомобиле в Канаде, а в России и в 35, и в 40 лет я подумывал о смысле жизни негативно несколько, ну как Башлачёв. Но Пастернак – фигура более солидная, чем Башлачёв. Он-то как-то жил на свой даче среди членов Союза Писателей, а вроде бы человек хороший. Но был ли Пастернак свободен? Наверное, были такие рубежи свободы, которых он боялся. Что там за Париж такой?
Куда я в следующий раз поеду? Наверное, в Атланту, штат Джоржия. Далеко, но я понял, что доеду, даже зимой по ледяным мостикам. Впрочем, жену нужно свозить в Сан-Франциско и город ангелов, LA, тем более, что жена у меня – сама ангел. А там, может быть, из Калгари прилетит ещё товарищ, из этих, из белорусов, сваливших через Израиль. Я, конечно, умру и так и не пойму – почему это СССР развалился. Что за коллапс такой, и почему это кадры политические были разбазарены, если не считать московского методологического кружка, который играет в «игры и диалоги» на развалинах Империи. Воистину, доктор философии, он как таракан – стабилен, приспособлен, свободен.

Подписка на рассылку новостей сайта:

При появлении новой публикации, вы получите уведомление. Введите эл. почту и подтверждающие символы на следующей странице. Подписка бесплатна!