F

Жанна Вакульская. Скрипка с треснутой декой.

Жанна Вакульская

(Торонто)




Скрипка с треснутой декой.

С четвертым "А" творилось что-то неладное: раньше дружные и приветливые, теперь все перессорились, обиды и конфликты вспыхивали постоянно , по поводу и без. Людмила Петровна, их классный руководитель, с тревогой наблюдала за своими подопечными – ей очень не нравилось происходящее.
А началось все с приходом в класс Иры Масловой. Улыбчивая, с двумя огромными бантами в волосах и умными карими глазами, она появилась в начале сентября: отца перевели на новую работу, и семья переехала в незнакомый город.
Новенький в классе – всегда событие. Не стала исключением и Ира. Она буквально приковала к себе всеобщее внимание, тем более, что девочка со своими родителями успела поколесить не только по стране, но и побывать в несколько раз за границей. На переменах она охотно рассказывала о своих путешествиях, показывала фотографии и сувениры и
очень скоро стала самой популярной в классе.
С этого и начались проблемы: девочки постоянно выясняли между собой, с кем Ира больше дружит, а мальчишки переругались споря, кому из них первому она пообещала подарить наклейки с машинками или интересный значок.
Ире откровенно нравилось быть в центре внимания. Постепенно она стала изображать из себя эдакую королеву , постоянно держала рядом с собой «свиту» из нескольких ребят, периодически то приближая, то отдаляя от себя некоторых из них. Теперь, если в классе необходимо было коллективно решить какой-либо вопрос, то она обязательно навязывала всем свое мнение, не давая остальным и рта раскрыть.
Всего лишь несколько человек, среди которых была и дочь Людмилы Петровны Оля, которая тоже училась в 4-А, не попали под влияние «королевы». Но вскоре эти ребята превратились в классе в настоящих парий. И если Олю, которая все же была дочерью учительницы, Ира со своей командой не рисковала унижать открыть, то другим доставалось по полной – и насмешки и сплетни в их сторону сыпались градом.
- Прямо ума не приложу, что делать!- делилась в учительской своими переживаниями по поводу происходящего в классе Людмила Петровна.
- Да ладно тебе! Это ведь дети: сегодня поссорились, а завтра помирились,- успокаивали ее коллеги.
Но Людмила Петровна продолжала размышлять над тем, как бы помочь своему классу. И наконец решение было найдено.
- Завтра у нас будет всего три урока- сделала она объявление, когда ребята, радуясь окончанию учебного дня, стали шумно собираться по домам.
- Ура! Ура!- с неподдельным энтузиазмом закричали дети.
- А после обеда вас ждет сюрприз,- продолжила учительница не обращая внимание на шум.
- Сюрприз?! А какой?
- Потерпите до завтра – сами увидите.
На следующий день, сразу же после большой перемены, класс отправился на таинственную экскурсию, которая и была обещанным сюрпризом.
Здание филармонии, которое располагалось в самом центре города, выглядело величественно и торжественно, с первой минуты настраивая на встречу с прекрасным. Когда они остановились у массивных дверей, ведущих в этот храм искусства, Людмила Петровна заметила, что ребята стали недоуменно переглядываться: в их возрасте современные реп и рок куда популярнее классической музыки, поэтому большинство никогда до этого в филармонии не бывало.
В просторном фойе с колонами и огромными зеркалами их встретил высокий мужчина с выразительными глазами и приветливой улыбкой.
- Добрый день, мои юные друзья! Добро пожаловать в царство музыки!
Дети поднялись наверх по мраморной лестнице покрытой ковром. Затем Андрей Иванович, как он представился, гулкими коридорами провел гостей в репетиционный зал, где ребят, к их неподдельному восторгу, ждал целый симфонический оркестр.
- Проходите смелее, присаживайтесь,- по-хозяйски распоряжался Андрей Иванович, который был дирижером оркестра,- Кто из вас играет на музыкальных инструментах?
Всего лишь несколько рук взметнулись вверх.
- Но вы все, я не сомневаюсь, хотя бы по телевизору или на уроках музыки в школе слышали, как звучит симфонический оркестр. А почему он называется симфоническим знаете?- ребята растерянно переглянулись,- Название это происходит от двух греческих слов syn и phone, что означает «вместе» и «звук». Как вы видите, в оркестре много различных инструментов – струнных, духовых, ударных, и каждый из них очень важен, без каждого, даже самого маленького и, на первый взгляд, неприметного целый оркестр уже не будет звучать так же хорошо. Но еще более важно, чтобы все инструменты звучали слаженно, иначе получится уже не музыка, а какофония какая-то.
По его команде музыканты стали извлекать из своих инструментов различные громкие звуки.Дети , от шума, закрыли уши ладошками.
- Ну что, понравилось? – спросил Андрей Иванович у ребят, которые в ответ только рассмеялись.- А теперь давайте знакомиться поближе!
И дирижер начал по очереди рассказывать о различных инструментах, а музыканты не только наигрывали на них небольшие музыкальные фразы, чтобы дать ребятам представление о звучании инструмента, но и разрешали всем желающим попробовать самостоятельно извлечь звук. Стало весело и шумно – школьникам явно нравился такой необычный урок. Когда же это необычное знакомство подошло к концу, Андрей Иванович произнес:
- А теперь я хочу представить вам нашу первую скрипку.- С места поднялась молодая женщина с инструментом в руках.- Между прочим, Алена – ученица вашей Людмилы Петровны.
После этих слов скрипачка подошла к смутившейся учительнице и расцеловала в обе щеки, на что дети отреагировали бурными аплодисментами. И только после того, как Алена вернулась на свое место в оркестре, кто-то, очевидно самый нетерпеливый из ребят, не выдержал:
- А почему ее называют «первая скрипка»? Что это означает?
- Первая скрипка – это правая рука дирижера в оркестре, скрипка, которая исполняет первую, основную мелодию и ведет за собой весь оркестр. Поэтому очень важно, чтобы она была хорошо настроена, правильно звучала, ведь по ней сверяют свое звучание и остальные инструменты.
- А как же проверить , правильно ли она настроена?
- Ну, для этого существует камертон, по которому инструменты и настраиваются.
Андрей Иванович взял с пюпитра что-то, похожее на двузубую металлическую вилку, ударил ею о подставку, и чистый, сильный звук разнесся по залу. Музыканты стали дружно проверять настройку своих инструментов. Когда они закончили, и установилась тишина, Андрей Иванович, повернулся лицом к оркестру, взял в руки свою дирижерскую палочку, взмахнул ею, и полилась музыка.
Оркестранты играли настолько слаженно, а репертуар был подобран так удачно, что даже самые непоседливые их учеников Людмилы Петровны до самого конца просидели не шелохнувшись и слушали затаив дыхание.
Когда концерт закончился и стихли последние аплодисменты, ребята, вслед за музыкантами, тоже направились было к выходу, но учительница, неожиданно попросила их вернуться на свои места.
- Рада, что вам понравился концерт, но я хотела бы чтобы вы послушали и еще что-то. Я хочу рассказать вам сказку. Это не займет много времени.
Ребята насмешливо загудели.
- Да, да, я знаю, что вы уже вышли из «сказочного возраста», но, уж поверьте мне, сказки пишутся не только для детей, взрослые тоже могут извлечь для себя много полезных уроков. Я и сама все еще люблю сказки. Ну что, готовы слушать?
« На сцене театра жили музыкальные инструменты. Днем они проводили время в репетициях, изо всех своих сил стараясь понять и воплотить в жизнь тайный смысл посланий Композитора, который тот зашифровал в непонятных для обычных людей нотных знаках, чтобы вечером, когда в зале погаснут люстры, а Дирижер взмахнет своей волшебной палочкой, волнуясь и дрожа от восторга рассказать это таинственное послание Зрителю. Повинуясь воле Дирижера, вздыхали фаготы, нежно пели скрипки и виолончели, грохотали литавры, звали за собой трубы,плели воздушную музыкальную паутину флейты, а люди в зале слышали журчание ручья, шелест листьев, пение птиц или рокот
весеннего грома...Когда музыка заканчивалась, зрители громко аплодировали, иногда даже кричали «Браво» и «Бис», тогда Дирижер еще раз поднимал руки, и чудо музыки продолжалось.
Но чудо не может длиться вечно – в конце-концов концерт заканчивался, нарядные зрители расходились по своим домам, в зале окончательно гасили свет, а инструменты, оставшись одни, отдыхали до утра после своего выступления и с нетерпением ожидали следующего.
Так проходил день за днем, всем было хорошо, все инструменты были очень счастливы. Но вот однажды произошло что-то необычное – к ним принесли новую скрипку. Она очень отличалась от остальных инструментов, которые изрядно поистерлись за годы концертов и репетиций, - новый , блестящий лак сразу же бросался в глаза. Именно поэтому, безо всякого обсуждения, было решено, что именно новенькая и должна быть Первой Скрипкой. «Теперь,- думали инструменты,- когда у нас такая замечательная Первая Скрипка, наш оркестр зазвучит еще лучше!» Все подобрались поближе, чтобы познакомиться , всем хотелось расспросить как и откуда она к ним попала.
- Как у вас здесь пыльно и холодно! – Скрипка недовольно сморщила свай нос и демонстративно чихнула.- Вот у нас, в Италии...
- А ты жила в Италии? Расскажи нам про нее,- перебивая друг друга, загалдели инструменты.
И хотя в своей жизни Италию Скрипка видела только из иллюминатора самолета, когда хозяин, надежно упрятав в футляр , перевозил ее из страны в страну, но она, долго и с удовольствием, стала рассказывать об этой ,особенной для всех музыкантов, стране, перемешивая собственные фантазии с общеизвестными фактами.
- А в Вене, в Вене ты бывала?
Скрипка уже вошла в новую роль:
- Ну естественно! Я ведь Первая Скрипка,- и, усевшись поудобнее, она стала фантазировать теперь уже о Вене.
- Вена, как вы наверное знаете, является столицей музыки.Поэтому к музыкальным инструментам там отношение особое: они везде главные, и люди ничего не делают, не согласовав предварительно с нами.»
Некоторые из ребят стали тайком бросать взгляды в сторону Иры Масловой, которая, в окружении своей свиты, сидела в первом ряду.
«- А особенным почетом пользуются первые скрипки. Ведь именно мы главные в оркестре.
- А разве не Дирижер главный?- робко спросила одна из флейт.
Но Скрипка тут же ее перебила:
- Зачем нужен Дирижер, если есть Первая Скрипка?! Дирижер – это прошлый век! У нас в Вене уже давно прогнали всех дирижеров.
Инструменты недоуменно переглядывались между собой. Им трудно было представить оркестр без Дирижера. Но Скрипка говорила так уверенно, была так убедительна...
- Ну а Камертон?! Камертон-то оставили? Как же настраиваться без него? – удивлялись виолончели.
- Ну какие же вы глупые! Никак не поймете – все решает Первая Скрипка. Она лучше любого Камертона дает настройки, лучше любого Дирижера ведет оркестр. Ведь не зря же она – ПЕРВАЯ!
Теперь инструменты уже с восхищением смотрели на Скрипку – она казалась им необыкновенной, настоящей царицей музыки. И они решили, что теперь во всем будут слушаться только ее. На следующее утро все, как обычно, собрались на репетицию. Поскольку ни Дирижера, ни Камертона у них теперь не было, то все инструменты с нетерпением ожидали свою Первую Скрипку, чтобы настроиться. Но когда, с большим опозданием, она все же появилась на сцене, то опять всех удивила, заявив:
- Репетиция нам совсем не нужна, в Вене уже давно никто не репетирует! Каждый из вас умеет читать ноты, сможет сыграть свою партию, а остальное – мое дело. Так что встретимся на концерте. Чао!
- Как же так, как же без репетиции? У меня такой сложный пассаж во второй части симфонии...- заволновалась маленькая флейта-пикколо,- репетиция просто необходима!
На что Скрипка презрительно бросила:
- Фу, какая провинциалка! Таким не место в нашем оркестре! – и отвернулась.
Следом за ней и все остальные инструменты тоже повернулись к Флейте-пиколло спиной. От обиды и огорчения Флейта издала тонкий, печальный звук и ушла в глубь сцены.
Впервые в своей жизни целый день инструменты провели праздно, и , хотя многим такое времяпровождение и не нравилось, но они вслух не рисковали высказать свое мнение, чтобы не быть отвергнутыми, а поэтому громко выражали восхищение новыми порядками:
- О, какая умная у нас Первая Скрипка! Как чудесно она решила, что репетиции нам больше не нужны, теперь и мы можем отдохнуть.
Наконец наступил долгожданный вечер. Все привычно заволновались в предвкушении концерта, ведь для музыкальных инструментов именно встреча со зрителями и составляла смысл их жизни. Прозвенел последний, третий, звонок, слушатели заняли свои места, традиционно ожидая встречи с чудесной музыкой, медленно погас свет и раздвинулся занавес. Поскольку оркестранты решили, что Дирижер им теперь не нужен, то вперед, на авансцену, горделиво вышла Первая Скрипка. Она церемонно раскланялась и, повернувшись к инструментам, дала каждому из них настройку. После того, как затих традиционный в этом случае гул, Скрипка, так же важно, взмахнула смычком ...
И, вместо прекрасной музыки, раздалась ужасная какофония звуков.
И зрители, и инструменты были просто обескуражены. Они недоуменно переглядывались между собой.
- Простите за небольшие технические проблемы,- опять выступила вперед Первая Скрипка и снова взмахнула смычком.
На этот раз эффект был еще хуже.Инструменты сидели с низко опущенными от стыда головами. Еще бы! Впервые за их долгую музыкальную жизнь, зрители не только не кричали «Браво!» и «Бис!», но даже не аплодировали; некоторые даже встали со своих мест, чтобы уйти, а в зале царил недовольный ропот.Инструменты в отчаянии повернулись к своей Первой Скрипке, чтобы та нашла выход из создавшегося положения, но та лишь пожала плечами:
- Подумаешь! Пусть уходят, не велика беда, и без них обойдемся!
Но инструменты больше не стали ее слушать, ведь без музыки и зрителей их жизнь теряла всякий смысл. Когда же отчаяние стало совсем невыносимым, а первые зрители уже дошли до дверей, то ,из пыльного дальнего угла, на авансцену вдруг вышла маленькая Флейта-пиколло, та самая, которая, не обращая внимания на насмешки своих товарищей, целый день упрямо репетировала. Своим негромким, но твердым голосом, она обратилась к зрителям:
- Дорогие наши зрители! Раньше мы никогда не обманывали ваших надежд, дайте нам, пожалуйста, возможность исправить нашу оплошность. Ведь ошибиться может каждый, не так ли?
И зрители послушались ее и вернулись на свои места. А Флейта-пиколло повернулась к оркестру:
- Думаю, что теперь вы и сами убедились, что нам не обойтись без репетиций, без Камертона и, конечно же, без Дирижера. Давайте все вместе попросим его вернуться, надеюсь, что он простит нам наше безрассудство.
Когда, через несколько минут, на сцену вышел Дирижер в концертном фраке, то пристыженные инструменты встретили его радостным гулом. А он уверенно подошел к своему пульту, достал из кармана Камертон, и над сценой разнесся его чистый, сильный звук. Инструменты стали проверять свою настройку и поразились, как фальшиво они звучали. Дирижер подходил то к одному, то к другому инструменту и, после того, как они заканчивали настраиваться по Камертону, удовлетворенно кивал головой. Наконец очередь дошла и до Первой Скрипки, которая, хоть и была сконфужена, но держалась по-прежнему надменно.
- Попрошу выйти вперед,- сказал ей Дирижер, и Камертон, своим звонким голосом, дал ей настройку.
Но, сколько бы Скрипка ни водила смычком по струнам, сколько бы ни подкручивала колышки на грифе, но настроиться никак не могла, и звуки все равно получались ужасно фальшивыми.
- Так, так, так,- сказал Дирижер.- Ну-ка, посмотрим, в чем же причина...
И он, взяв Скрипку в руки, поднял ее вверх, чтобы получше рассмотреть. Хорошо видимая в ярком свете софитов, через весь скрипичный корпус тянулась глубокая трещина, которая и делала Скрипку непоправимо испорченной, негодной.
- Трещина... Как же так, как же мы сами этого не увидели?!- перешептывались между собой инструменты.- Очевидно нас обманул блеск лака...
Пристыженной уходила со сцены бывшая Первая Скрипка . А Дирижер подошел к своему пульту, взмахнул своей дирижерской палочкой, и зазвучала музыка.»
- Вот и вся сказка, которую я хотела вам рассказать,- закончила свое повествование Людмила Петровна. Ей больше ничего не надо было добавлять, ребята и так сидели с опущенными головами, время от времени поглядывая то друг на друга, то на Иру Маслову, которая покраснела и не поднимала глаз.
Дома к Людмиле Петровне подошла ее дочь Оля:
- Мам,- спросила она, глядя прямо в глаза,- а ведь твоя сказка имеет еще и христианский смысл, правда?
- Конечно,- улыбнулась в ответ Людмила Петровна.- Каждый христианин постоянно должен проверять, скажем так, настройки своего сердца, чтобы не звучать фальшиво в Божьем оркестре, чтобы люди в нашей жизни могли слышать прекрасную симфонию Божьей Любви. Поэтому, наш камертон – это Библия, Слово Божье...
- А наш дирижер – это Сам Господь!- весело закончила дочка и, поцеловав маму в щеку, отправилась делать уроки.

Подписка на рассылку новостей сайта:

При появлении новой публикации, вы получите уведомление. Введите эл. почту и подтверждающие символы на следующей странице. Подписка бесплатна!